Держите меня семеро!!! (пятеро не удержат)))
От переводчика: Российское ЛГБТ-меньшинство пытается привлечь еврейское меньшинство в союзники и, одновременно, - отнять у евреев корону “Главной Жертвы Режима”. Сказка и песня)))
Евгений Фикс и Галина Зеленина обсуждают LGBTQ-еврейскую динамику и политику в России сегодня и на протяжении всей истории.
Yevgeniy Fiks December 12, 2016
Евгений Фикс, “Плешка-Биробиджан #1,” коллаж, 9 x 12 in. (all images courtesy of the artist and Station Independent Projects)
По случаю выхода новой книги Евгения Фикса “Идиш-гейский Словарь советской Москвы” (Soviet Moscow’s Yiddish-Gay Dictionary), и недавней персональной выставки Плешка-Биробиджан ( Pleshka-Birobidzhan), которая воссоздала устное предание о группе советских гомосексуалистов, которые путешествовали от Москвы до Биробиджана в 1934 году и придумали утопическую советскую Гейско-Лесбийскую республику, Евгений Фикс и историк Галина Зеленина обсудили современную и историческую взаимосвязь между еврейскостью и нетрадиционными сексуальными предпочтениями в российском контексте.
* * *
Евгений Фикс: Галина, на конференции в Таллине в прошлом месяце, я с большим интересом, узнал о Вашем исследовании и был очень счастлив, что я не один и есть другой человек, настоящий исследователь, который работает над вопросом о взаимосвязях между историей LGBTQ и еврейской историей в советском и российском контексте. Конечно, это сложный вопрос. С одной стороны все вещи открыто и даже "не совсем открыто" относящиеся к LGBTQ, кажется, являются объектом нападок в Российской Федерации. С другой стороны, официальные еврейские организации в России, кажется, поддерживают государственную политику, уделяя особое внимание “традиционным ценностям”. Каковы LGBTQ-еврейская динамика и политика в России в эти дни, и как они связаны с историей?
Евгений Фикс, “Плешка-Биробиджан #2”, collage on paper, 9 x 12 in.
Галина Зеленина: Если говорить о сегодняшнем дне, то я только что закончила статью о так называемом “символическом сопротивлении” законодательной деятельности депутата Мизулиной [Председатель Комитета российской Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей] — законы и законопроекты, продвигающие ультраконсервативные реформы в семейном праве, включая запрет на “пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений” среди несовершеннолетних, введенный в действие в 2013году. Символическое сопротивление бурно развивается в обществе, которому отказывают практически во всех средствах активного и продуктивного сопротивления, по меньшей мере - в митингах протеста, и включает в себя все возможные каналы выражения недовольства официальной политикой, гнев или критику, от длинных и сложных статей до шуток, пародий, демотиваторов и мемов. Самое забавное состоит в том, что, в то время как Западная общественность и небольшая часть российской общественности (в первую очередь, сообщество LGBTQ) лучше всего знают Мизулину по её гомофобным усилиям и непрерывной работе над новым порабощением женщин, самая заметная часть анти-мизулинского фольклора в российском интернете - маскулинно-патриархальная и не имеет никакого отношения или к защите прав женщин или LGBTQ. Самыми популярными вещами, кажется являются насмешки над законопроектом Мизулиной, о запрете орального секса (рассматриваемого как “нетрадиционный” способ сексуального контакта). При этом, как только речь заходит о “нетрадиционных сексуальных отношениях”, сразу же появляется "еврейский вопрос". LGBTQ-меньшиство (мы можем назвать их в этих целях, “младшее меньшинство”), имеют тенденцию сравнивать себя с “более старым меньшинством” — то есть, с евреями. Возможно, самый известный пример - утверждение Евгения Харитонова в его “ Листовке”: “Наш вопрос в некотором отношении похож на "еврейский вопрос"”. И он был далеко не одинок в продвижении этой идеи.
ЕФ: Интересно, что Вы упомянули моего тезку Евгения Харитонова и его “Листовку”, написанную в конце 1970-х, которая является, возможно, первым, не скрывающим свою ориентацию, произведением в российской литературе после Второй Мировой войны. Интересно, что некоторые другие его письма также открыто антисемитские, хотя некоторые критики склонны преуменьшать его антисемитизм, объясняя его так называемым “литературным стилем” или “постмодернистским позиционированием”. В конце концов, он - единственный не скрывавший свою ориентацию писатель в послевоенной русской литературе и должен быть сохранен любой ценой. Разве Вы не чувствуете иронию в том, что единственный не скрывающий свою ориентацию послевоенный советский российский писатель также - открыто антисемитский? Другой символ российской гей-литературы, Михаил Кузьмин, пишет в своем послереволюционном дневнике о “жидовке с маленьким жидёнком”, которые вселились в квартиру Кузьмина в результате послереволюционного жилищного кризиса. Как русско-еврейский гомосексуалист, я всегда чувствовал себя неловко из-за Кузьмина и Харитонова как символов российской гей-культуры, с сожалением понимая, что я должен иметь с ними дело , потому что они незаменимы в российском гей-каноне. Не думаете ли Вы, что различия между русско-еврейскими отношениями и русско-гейскими отношениями исторические и широкие, и прежде чем мы доберемся до солидарности, мы должны разобраться с антисемитизмом в русско-гейской среде с гомофобией в еврейской общине? Я думаю, современные сравнения критиками тяжелого положения российского LGBTQ-сообщества с тяжелым положением европейских или советских евреев были сделаны на скорую руку для политического удобства и не критически относятся к историческим трещинам в солидарности этих двух сообществ.
Евгений Фикс, “Плешка-Биробиджан #5” collage on paper, 9 x 12 in.
ГЗ: В сегодняшних анти-мизулинских текстах часто упоминается антисемитизм. Один из самых эффективных, или, по крайней мере, самым легким способом раскритиковать что-то, с чем Вы не согласны - это сравнить его с чем-то единогласно осужденным как плохое, отсталое, бесчеловечное и т.д. Так, имея дело с любой из инициатив Мизулиной, самым популярным методом опорочить их является, кажется, сравнение со Средневековьем, в то время как гомофобия, антисемитизм, и особенно Холокост появляются как дополнительные ориентиры. Самый известный пример - открытое письмо Стивена Фрая, призывающее к запрету проведения зимних Олимпийских Игр в России, сравнивая их с Олимпийскими играми в Берлине в 1936 году. Он пишет в письме, что он - гей, и что он - еврей, мать которого потеряла половину своей семьи в Холокосте, и теперь, с гомофобным законом и практикой в России, он плачет видя что история повторяется. В российском интернете появляется довольно много подобных утверждений (например, что депутат Мизулина посылает гомосексуалистов в газовые камеры), хотя они и менее авторитетные. И поэтому, лидеры российской еврейской общины, включая таких знаменитостей еврейского происхождения как Иосиф Кобзон или руководство Федерации еврейских общин России (организация Хабад Любавич, которая объявила себя представителем Евреев России), должны были ответить, и они ответили - с негодованием говоря, что такие сравнения - оскорбление памяти жертв Холокоста. Это показывает, что более старое “меньшинство”, которое, как Вы справедливо заметили, теперь находится относительно в фаворе в России, не особенно довольно тем, что что его сравнивают с “младшим”.
ЕФ: Я могу также добавить к этому очень тревожащее заявление московского Главного раввина Адольфа Шаевича, который сказал в его интервью с журналистами Ксенией Собчак и Антоном Красовским в 2015 году, что, он, Главный Раввин Москвы, не стал бы вешать геев сам, но он поддержал бы тех, кто бы это делал.
Евгений Фикс, “Плешка-Биробиджан #14” collage on paper, 9 x 12 in.
ГЗ: Говоря о гейско-еврейских совпадениях и параллелях в прошлом, мы можем вернуться очень далеко, к самому истоку, которым является, очевидно, Библия, и возродить Талмудическую мужественность, глубоко проанализированную еврейским ученым-новатором Дэниелом Боярином, который ввел в обиход гендерный подход к Талмудическому учению. Сужая область исследования до России или Советского Союза, мы начнем с усиления и развития враждебной риторики и репрессивной политики по отношению к гомосексуалистам в советском законодательстве и журналистике 1930-х годов, включая диалектику концепций расы или этнической принадлежности, сексуальности и классового сознания или политических взглядов. Это дает обильную пищу для так называемого пересекающегося анализа социальных отношений и государственных систем доминирования и дискриминации. Известно, что это было обычным делом для официальной советской риторики - волюнтаристски клеймить различные группы как “фашистов” или “буржуазию”, и что позже это использовалось, чтобы объединять этнические категории с социальными или политическими, как в печально известных случаях “врагов народа” или кампании против “безродных космополитов” преимущественно еврейского происхождения. Интересно, что этот “пересекающийся” дискурс затронул также и тему сексуальности. Это началось с авторитетного заявления Максима Горького в его статье “Пролетарский гуманизм”, которая появилась в мае 1934 г. и была одобрена Сталиным, а возможно даже инспирирована им. Ссылаясь на “Коричневую книгу”, составленную европейскими коммунистами и переведенную на русский язык, которая клеймила нацистов за их “гнусные наклонности”, Горький осуждает разрушительное и корродирующее влияние фашизма на европейскую молодежь. Он с гордостью утверждает, что в стране победившего пролетариата, “гомосексуализм” считается социально неприемлемым и наказуемым, в то время как в “культурной” стране великих философов и музыкантов — то есть, в Германии — это остается свободным и не вызывающим никаких возражений.
И затем он считает целесообразным продолжить сравнение, обратившись к "еврейскому вопросу". Он говорит, что выдающаяся семитская раса, которая произвела на свет пролетарского мессию Карла Маркса, изгоняется фашистской буржуазией Германии, в то время как Советский Союз создал самоуправляющуюся республику для рабочих-евреев. Горький написал эту статью в связи с законодательным преобразованием Биробиджанского района в Еврейскую автономную область.
В этом контексте, Ваше видение ЕАО как LGBTQ-республики, действительно спорно и очень, очень интересно, основано ли оно на личных историях, изустных материалах и других источниках, или это - чистая фантазия.
Поскольку, очевидно, что в те ранние советские десятилетия, в период между войнами, был большой потенциал для создания всего нового, и все те изменения, как предполагалось, должны были создать нового человека. В частности, Биробиджан был попыткой создать “нового еврея”, коммунистическую версию “сильного” еврея, который почти одновременно появился в израильских кибуцах. А, учитывая либеральность ранней большевистской гендерной политики, приблизительно за 10 лет до этого, это, возможно, была попытка создания нового гомосексуалиста, горячего коммуниста и сельскохозяйственного рабочего. По крайней мере, как фантазия, это довольно законно. Просто предположите, что в 1913 году Сталин написал не “Марксизм и национальный Вопрос”, а “Марксизм и теория гомосексуальности”.
Евгений Фикс, “Идиш-гейский Словарь советской Москвы”
ЕФ:Да, действительно. Одним из столпов, на которых базируется моя выставка “Плешка-Биробиджан” , является фигура основателя американского движения за гражданские права гомосексуалистов, Гарри Хэя, который был коммунистическим активистом в Лос-Анджелесе в 1930-х и 1940-х. В конце 1940-х, он вышел из американской компартии и основал первую группу борьбы за права гомосексуалистов в США: Общество Mattachine. В его мемуарах и речах, он всегда говорил, что получил идею движения за права геев из работы Сталина “Марксизм и национальный вопрос”. Особенно большое впечатление на него произвело определение национального меньшинства, сделанное Сталиным (общие язык и территория, экономические отношения, психологическая структура и культура), и однажды, Гарри Хэю пришла в голову идея, что это определение также относится и к американским геям и что они составляют меньшинство в США, точно такое же, как афроамериканцы или американские евреи. Это было революционное открытие, остальное - история. А так как поддержка биробиджанского проекта в Советском Союзе была одной из важных составляющих активной деятельности американской коммунистической партии в 1930-х, то у меня нет никаких сомнений, что Хэй знал о Биробиджане. И когда я прочитал его о его представлениях о гей-автономии и “новом гомосексуалисте”, то для меня они прозвучали очень похоже на Биробиджан.
Возможно, это - спорное заявление, но для контекста Российской Федерации, решение вопроса LGBTQ, возможно, лежит в признании, что LGBTQ - это национальность в ее старом советском определении — народ, нация, “этническая” группа. И я думаю российское государство и общество, которое является чрезвычайно многонациональным, может понять этот язык. Я не уверен, приведет ли понятие LGBTQ как национальности к истинному освобождению [гомосексуалистов], но по крайней мере, это приведет к определенному уровню нормализации.
Soviet Moscow’s Yiddish-Gay Dictionary is now available from Cicada Press.
статью прочитали: 1314 человек
Сегодня статей опубликовано не было.
Комментарии возможны только от зарегистрированных пользователей, пожалуйста зарегистрируйтесь